Category: история

Category was added automatically. Read all entries about "история".

(no subject)

Читала про книжные PR-проекты Максимилиана Первого. Он и так-то был затейник - возил с собой гроб (мало ли что в дороге случится), а из собственной смерти сделал мрачно-мазохистский спектакль. Но стал еще и одним из первых имиджмейкеров Габсбургов - и занимался этим с размахом и вдохновением. Он придумал печатать листовки-рекламу императорских политических и прочих проектов - такая попытка управления общественным мнением образца пятнадцатого века.

Но самое мощное - книги. Может потому, что с их помощью он хотел навсегда остаться в памяти потомков - и создать тот образ, который ему хотелось. А может из-за того, что в них соединилось Средневековье и новейшие технологии. Collapse )

(no subject)

Ножницы, которыми отрезали фитили в лампах Старого Бургтеатра.
Он закрылся в 1888 году, простояв у стен Хофбурга на Михаэлерплац 150 лет. За эти полтора века он видел премьеры «Женитьбы Фигаро» Моцарта, «Орфея и Эвридики» Глюка - и много чего еще.
Collapse )

(no subject)

Австрия и Люксембург сняли «Анжело», про легендарного Анжело Солимана.
Вышло что-то скорее социальное, чем похожее на историческую драму, если верить рецензиям. А, наверное, жаль - его жизнь и смерть полны лихими драматургическими поворотами и сюрреалистическими деталями.

Его мальчиком вывозят из Нигерии, продают в рабство и он кочует из страны в страну, переходит из рук в руки. Сначала присматривает за верблюдами у одного из работорговцев, потом попадает к австрийцам. Генерал Лобковиц — граф Лихтенштейн — император - такая у него получилась карьера. Игнац фон Борн, Моцарт, австрийская императорская семья - Солиман становится своим в кругах венской аристократии, одной из важных фигур австрийского Просвещения и настоящей звездой в Вене. Его принимают в масонскую ложу «К истинному согласию», он приобретает невероятное для его положения влияние при дворе, покупает собственный дом, женится и становится почти свободным человеком. Это если говорить о жизни. А если о смерти - то Солиман умрет прямо на венской улице от апоплексического удара и Габсбурги превратят его в музейный экспонат.

Collapse )

об исторических корнях

у истории такое чувство юмора, что позавидует любой.
поэтому искать исторические корни чего бы то ни было - задача забавная донельзя.
к примеру, потому, что вдруг понимаешь - советская эстетика выросла из эстетики имперской. причем даже больше австро-венгерской, чем российской.

а было дело так. в начале 20-го века, а точнее, около 1913 года, в Вене, сами того не подозревая, встретились три будущих европейских диктатора.
Сталин жил совсем рядом от императорского парка - у Трояновских на Шёнбруннер Шлоссштрассе (на доме до сих пор можно увидеть памятную доску). Александр Трояновский - бывший аристократ и офицер, а ныне горячий поклонник марксизма, финансировал газету "Просвещение" и пригласил Сталина пожить у него, чтобы в тишине и спокойствии написать работу "Марксизм и национальный вопрос". к национальному вопросу мы еще вернемся, сначала - Шёнбрунн.
каждый день Сталин писал - или пытался флиртовать с няней Трояновских, которая, впрочем, отдавала предпочтение Бухарину - а еще часами гулял по весенней Вене: он прибыл сюда в январе, когда город был покрыт снегом и теперь стремительно оттаивал, зацветали магнолии, а потом и каштаны.

по улице, на которой расположился дом с квартирой Трояновских, убеленный сединами Франц-Иосиф ежедневно ездил из Шёнбрунна в Хофбург, на работу, и обратно. императорский выезд был всегда необыкновенно помпезным, монарх ехал в позолоченном экипаже, в сопровождении огромной свиты. процессия притягивала внимание венцев и по пути следования Габсбурга постоянно стояла толпа, желающая поглазеть на императора. Сталин тоже стоял в этой толпе, смотрел на пышные ливреи охраняющих, на монарха, одетого в военную форму. и годы спустя скопировал все это в советских парадах. блеск и мощь Советов - именно ее визуальная составляющая - были отблеском вот этих монарших габсбургских выездов. даже то, что диктатор облачился в военную форму, не будучи военным по сути - калька с имперского, когда глава империи автоматически становился главой армии. и даже привычка Франца-Иосифа даже в повседневной жизни носить военную форму - и та перекочевала позже в Кремль.
Collapse )

Дворы, сквозь которые дует историей-2

Теперь нам - от Маргаретенплац к Марияхильферштрассе. Мы шли пешком - потому что тут очень здорово именно ходить пешком. Через речку Вену, через мост и набережные, которые теперь куда больше самой реки. Тут хорошо идти и думать о том, что когда-то Вена была бурной и широкой рекой и всюду в нее впадали ручьи, на которых стояли мельницы и склады с мукой. Характер у Вены был крутой - а чего от нее ждать, не знали даже те, кто вырос на реке. Она была, пожалуй, даже капризнее Дуная - а все из-за ручьев. В грозу ручьи вскипали, река бежала быстрее, вода бурлила, унося с собой все, протаскивая через весь город все, что удалось забрать: деревья, кастрюли, старые стулья, нерасторопных собак. А однажды, в конце девятнадцатого века, когда реку уже пытались заточить в каменные набережные и коллекторы, во время сильнейшей грозы, Вена поломала и перевернула даже локомотивы, которые подвозили к реке стройматериалы. Такая у нее была сила. Особенно худо приходилось весной, когда таял снег - тогда Вену нельзя было сдержать ничем. Только в одном девятнадцатом веке насчитывается около 26 наводнений с разрушениями - прочие были поскромнее. Но разливалась Вена каждый год и не по одному разу.

Еще тут можно представлять себе валы, которые строили жители для защиты от наводнений, а на валах - домики стариков-сторожевых, они жили тут для того, чтобы предупреждать жителей окрестных кварталов о надвигающемся разливе или грозе. Тогда надо было убегать от реки подальше. И они же, сторожевые и мельники, оставили легенды и водяных. Говорят, именно в Вене жили особенно коварные водяные. В легендах можно найти даже ухищрения, к которым прибегали местные мальчишки, чтобы венский водяной не затянул их в водоворот: к поясу они привязывали бычий пузырь и так плавали. Не всем это помогало - водяной мог утянуть под воду даже коз, пасущихся на берегу, куда там спастись мальчишкам, прокалывал бычий пузырь и дело сделано, еще один утопленник готов.

Collapse )

Дворы, сквозь которые дует историей

Когда-то Вена была ноздреватая, пористая, похожая на причудливый лабиринт - все дворы были сквозными, они закручивались, заплетались, расплетались, уводили неведомо куда. Здесь можно было убежать от несведущих преследователей, здесь можно было спрятаться или сгинуть - как кому повезет. Но потом город покромсали, перестроили и от старой Вены с дворами-лабиринтами, с верандами-павлачами, не осталось почти ничего. Всего-то дворов пятнадцать, не больше. И не все из них, строго говоря - сквозные.

Мы начали поход по сквозным дворам с района Маргаретен - было лето и в парке на Маргаретенгюртель висели огромные красные гамаки, а на домах Хундстурм караулили большие каменные собаки, напоминая не только о названии квартала - Собачья башня - но и об истории. О средневековой мельнице и о похожем на башню домике, который император Маттиас построил для своих охотничьих псов. Позже тут было кладбище, на котором похоронили Гайдна - тихо, скромно и быстро, чуть ли не на следующий день после смерти, хотя он и завещал похоронить себя по высшему разряду. Все объяснялось просто - в Вену вошли войска Наполеона и уже было не до исполнения завещания композитора. Только через несколько лет высокий покровитель Гайдна - князь Эстерхази - вспомнил о том, что его надо бы перевезти в Айзенштадт и похоронить со всеми почестями, и потому заказал экскгумацию останков композитора. Именно тут, в Хундстурм, могильщики раскопали могилу Гайдна и ахнули - у тела был парик, а головы - не было. Князь заявил в полицию, которая кинулась спешно искать пропавшую голову композитора. В результате расследования выяснилось - голову украли сразу же после похорон, последователи австрийского анатома Галя, согласно учению которого музыкальные таланты сосредотачивались в височной области. Они подкупили могильщика, который помог отделить голову Гайдна от тела. Черепные шишки подробно обследовали в Общей больнице города (сейчас тут университетский кампус) и спрятали в деревянную шкатулку.
Collapse )

Старые венские деревья

Пятнистые платаны, старинные беседки и уцелевшие в самом центре виноградники - когда лето выдыхается и тихо засыпает на год, а в город медленным шагом, вслушиваясь в музыку дождя, приходит осень, Вена становится особенно уютной. И тогда хочется каких-то особенных прогулок. Пройтись по так называемым "сквозным дворам", например, оставшимся от старинного абриса города - или навестить вековые деревья, находящиеся под охраной государства, потому как "памятники природы". Деревья зачастую помнят историю Вены лучше, чем перестроенные и перекроенные улицы, чем перештопанные пластическими архитектурными операциями фасады. У домов не осталось корней - и только деревья впитали в себя Вену по-настоящему. Вот пара остановок на древесном маршруте города.
Collapse )