Category: музыка

Category was added automatically. Read all entries about "музыка".

Дворы, сквозь которые дует историей

Когда-то Вена была ноздреватая, пористая, похожая на причудливый лабиринт - все дворы были сквозными, они закручивались, заплетались, расплетались, уводили неведомо куда. Здесь можно было убежать от несведущих преследователей, здесь можно было спрятаться или сгинуть - как кому повезет. Но потом город покромсали, перестроили и от старой Вены с дворами-лабиринтами, с верандами-павлачами, не осталось почти ничего. Всего-то дворов пятнадцать, не больше. И не все из них, строго говоря - сквозные.

Мы начали поход по сквозным дворам с района Маргаретен - было лето и в парке на Маргаретенгюртель висели огромные красные гамаки, а на домах Хундстурм караулили большие каменные собаки, напоминая не только о названии квартала - Собачья башня - но и об истории. О средневековой мельнице и о похожем на башню домике, который император Маттиас построил для своих охотничьих псов. Позже тут было кладбище, на котором похоронили Гайдна - тихо, скромно и быстро, чуть ли не на следующий день после смерти, хотя он и завещал похоронить себя по высшему разряду. Все объяснялось просто - в Вену вошли войска Наполеона и уже было не до исполнения завещания композитора. Только через несколько лет высокий покровитель Гайдна - князь Эстерхази - вспомнил о том, что его надо бы перевезти в Айзенштадт и похоронить со всеми почестями, и потому заказал экскгумацию останков композитора. Именно тут, в Хундстурм, могильщики раскопали могилу Гайдна и ахнули - у тела был парик, а головы - не было. Князь заявил в полицию, которая кинулась спешно искать пропавшую голову композитора. В результате расследования выяснилось - голову украли сразу же после похорон, последователи австрийского анатома Галя, согласно учению которого музыкальные таланты сосредотачивались в височной области. Они подкупили могильщика, который помог отделить голову Гайдна от тела. Черепные шишки подробно обследовали в Общей больнице города (сейчас тут университетский кампус) и спрятали в деревянную шкатулку.
Collapse )

(no subject)

Если и есть что-нибудь несовместимое, так это джаз и католическая церковь. Слушать джаз в готическом соборе - это все равно что запивать соленые огурцы теплым молоком. Или положить на просфору копченую сардинку, отправить в рот и запить кощунственно красным вином.
Наверное поэтому джаз в соборе святого Стефана играли поздним вечером. В том самом соборе, на фундаменте которого резвился дьявол - видать, оттого-то его и не достроили до сих пор.

Под зрителями была чумная яма и склеп, за спинами музыкантов - большой серебряный крест и архангелы с апостолами.
Вначале собор противился, прятал звук в боковых приделах, чтобы мстительно кинуть эхом в сторону сцены - сбить с ритма, заставить хромать.
Нехотя, под строгим взглядом Иисуса с больным зубом и Мадонны - покровительницы служанок, сменил гнев на милость, потянулся за банджо и ударными, пошел выдыхать церковный воздух в джазовом кураже сквозь ажурные решетки кованых ворот. Тихо, чтоб никто не заметил, дрыгали лапами жабы на кафедре Пильграма. Яростно отбивали такт змеиными хвостами василиски над входом.

За стенами было тихо - грустных лошадей фиакрщики уже уложили спать где-то на окраине новой Вены. А старая Вена колыхалась в ритме джаза, поднимаясь из старых невидимых могил соборной площади: и горластые торговки лавандой, и прачки, и палачи, и бродячие артисты. И все, кого когда-то унесла чума - но не навсегда, а до минуты, когда в готическом соборе заиграют джаз.